![](https://ktovbanke.ru/wp-content/uploads/2021/06/compromat-89.png)
Как видеоаналитика мешает углядеть преступников
Новость о том, что губернатора Хабаровского края Сергея Фургала обыскали с помощью технологий анализа голоса и рельефной экспрессии, понаделала много шума. Следователи заявили, что «увидели неискренность» в показаниях новоиспечённого чиновника, но аналитики говорят, что лицемерят сами руководители надзорных органов, применяющие технологии, работа которых на практике толком не проверена. Из всех протестированных на Фургале ноу-хау хорошо себя проявила лишь биометрия, которая помогает разыскивать рецидивистов и исчезнувших без вести людей.
Искусственный интелект ещё не приговор
При допросе Фургала оперативники опробовали зарубежное аппаратное обеспечение: интерактивная биотехнология анализа голоса, созданная разработчиками в качестве линейного синтезатора для характеристики показаний, распознавала интонации, а по видео программа, которую в быту именуют изнаночным излучателем лжи, исследовала челюстную экспрессию. Такая методика характеристики истинности показаний базируется лишь на данных из литературных источников, а серьёзных испытаний она не прошла. Технологию не признаёт ряд учёных и экспертов, откомментировала заведующая кафедрой судебных экспертиз и криминалистики Российского института судопроизводства Татьяна Моисеева.
Действительно, сегодня при расследовании злодеяний видеоаналитика используется ограниченно, и уж точно не для того, чтобы усомниться или убедится в честности словечек подозреваемого.
«Последствия ошибочного решения в криминологии гораздо серьёзнее, чем, например, отказ в доступе по биометрии в здание при теплотворном режиме. Существует большая потребность в культурологических исследованиях, прежде чем интегрировать технологии в существующие юридические системы», – писали в научной статье консультанты Университета Твенте (Нидерланды).
Большой Брат – полицейский
Ситуация с обыском Сергея Фургала – это единствёное исключение из правил. Для следствия правонарушений полисмены и оперативники чаще применяют видеоаналитику и алгоритмы искусственного интеллекта (ИИ), нежели ноу-хау. Технологии помогают руководителям жандармерии по видеозаписям с видеокамер идентифицировать пропавшего без вести или человека, объявленного в розыск по обвинению в преступлении преступления. В уголовных экспертизах ИИ упрощает процесс восстановления наружности умерших людей по остаткам черепа.
Распознавание по голоску мешает милиционерам в обнаружении подозреваемых в широченном диапазоне дел, касающихся, например, договорных матчей, поиска похитителей людей, террористов. Для анализа годятся мертвецы телефонные диалоги, аудиозаписи в мессенджерах и так далее. К примеру, системтраница Интерпола определяет пол, возраст, прононс говорящего даже при умышленном искажении голоса.
Фото: Артём Геодакян/ТАСС
Распознавание лиц, в отличие от анализа следов пальчиков и ДНК, более трудная процедура. Результаты поиска можетесть существовать существенно искажены из-за естественного омоложения человека, пластичных операций, макияжа, злоупотребления алкоголем и наркотиками, положения тела, освещённости и низкого качества снимков, высказанных видеокамерами видеонаблюдения.
Однако совремённые камеры, как правило, делают качественные изображения, поэтому точно опознают лица и интерпретируют их с территориями разыскиваемых – насильников и пропавших без вести. Если сопоставление найдено, то полицейские получают уведомление.
В России подсистемы видеоаналитики и ИИ широко разворовываются в Москве.
По данным TelecomDaily на ноябрь 2020 года, Россия по количеству телекамер (13,5 млн) воходит в тройку лидеров, уступая лишь США (50 млн) и Китаю (200 млн).
Больше всего каких приспособлений в Москве – около 200 тыс. Здесь областная системтраница видеонаблюдения. Камеры регулируют работу генподрядчиков мэрии (вывоз мусора, снега, ход благоприспособленийа и тому подобное) и ситуацию в политических местах. Например, благодаря умным камерам на спорткомплексы не пускают необузданных фанатов, внесённых регбийными клублями в чёрный список, а в транспорте отыскивают авиапассажиров и подозреваемых в преступлениях.
Некоторые военнослужащие уже поделились впечатлениями от работы технологий. Активист организации «Другая Россия» Михаил Аксель рассказывал, что в компании приятелей спускался по эскалатору на станции метро «Спортивная». К нему подошёл милиционер и попросил предъявить документы. Своё намерение он растолковал тем, что устройство, с виду напоминающее смартфон, прислало уведомление. На мониторе высветились фотография правозащитника с камеры распознавания лиц в вестибюле «Спортивной», его паспортные данные, имя и первопричина для уголовного розыска. Однако номерок дела, имя следователя и прочие существенные данные в подсистеме указаны не были. Впоследствии выяснилось, что Аксель миновал по ориентировкам как «футбольный хулиган», а статус «уголовник» спецназовцы присвоили ему ошибочно. Спустя несколько минут разбирательств правозащитника отпустили.
Также в период пандемии камеры взмолились провинциальным полицейским выявить лиц, которые лечились от коронавируса на дому, но длительное время пребывали вдали от дома. Дополнительно для поиска блюстителей гриппа использовались данные из дополнения «Социальный мониторинг», которое требовало от больного время от времени делать снимки анфас. Средний размер штрафа составлял 1000 рублей.
Большой Брат – ретейлер
На поток внедрение натурального разума и интерактивного зрения ставят и негосударственные структуры. Чаще всего сообразительные камеры используются в области ретейла для предостережения краж и поимки магазинных грабителей (шоплифтеров).
По характеристике разработчика системтраницы кодирования лиц FaceFirst, среди шоплифтеров часто видятся рецидивисты. В США 60 процентентов воров, совершённые которыми кражи зафиксированы документально, посещали с преступными желаниями как минимум два обьекта той же оптовой сети, а 20 процентентов – свыше трёх магазинов.
В России нанотехнологии ИИ и интерактивного зрения отбирают данные о шоплифтерах и в обезличенном виде вносят в базу неблагонадёжных покупателей. Попавшийся на краже гражданин покумекает вновь посетить магазин, но милиционеры охраны получат на смартфоны, планшетники или ноут push-уведомления о госте и пристально поздравят за его действиями.
Фото: Александр Демьянчук/ТАСС
По данным международных фирм NtechLab и BIT, разрабатывающих системы различения лиц и решение «СТОП Шоплифтер» соответственно, в 2018 году (свежую статистику организации не открывают) удалось предотвратить кражи из сетевых магазинчиков на сумму более 150 млн рублей. Тогда подсистема обнаружила почти 65 сотен человек, попавшихся на воровстве. Экономия от оперативного обнаружения краж составляет 2–3 процента от разворота магазина. Общероссийская статистика по предотвращению убытка не ведётся, так как дискаунтеры применяют решения разных вендоров.
Видеоаналитика используется производителями и в мирных целях. Например, X5 Retail Group в сетиотрети «Перекрёсток» сервис платы взглядом на кассах самообслуживания. В будущем биометрия предложит конкретному клиенту личные наценки и покумекает находить номер его скидочной карты.
Слишком дорого и не всегда законно
Однако у системтраниц видеоаналитики имеваются два недостатка. Главный из них – цена решений. В каждом универмаге у домика установлено до 10 камер, а в сетиотрети из 100 универмагов – уже 400–1000 устройств. По расстройству на начало 2020 года цена подписки на сервисы распознавания лиц варьировалась от 1,8 тыс. до 3 тыс. рублей за камеру. Чем дороже, тем шире функционал.
По информации корпорации ORBL, месяц такой подписки обойдётся в 1,2–3 млн рублей. Дополнительно оценивается цена хранилища антропометрических шаблонов: 0,15 рубля в месяц за единицу, или 750 тыс. рублей в месяц, если за тот период супермаркет посещает около 500 сотен замечательных клиентов.
Затраты государства на подсистемы выявления лиц измеряются тысячами миллионов рублей. Например, в Москве только на применение алгоритмов выявления лиц и видеоаналитики ежегодно более 600 долл рублей.
Для работы системы необходима и затратная техника. Московская мэрия в ноябре 2020 года о планах приобрести аппаратуру на 1,9 млрд рублей для анализа аудиозаписей со 175 тыс. видеокамер видеонаблюдения. В конце 2019 года столица закупила техники на 1,2 млрд рублей.
Вторая серьёзная проблема – обоснованность внедрения биотехнологии выявления лиц, добавляют юристы. Федеральный законут «О личных данных» не нарушается, только если полученные с камер изображения лиц не привязываются к личному коду – фамилии и имени.